Skip to main contentAccess keys helpA-Z index
BBCRUSSIAN.COM
БИ-БИ-СИ НА ДРУГИХ ЯЗЫКАХ
Украинский
Азербайджанский
Узбекский
Киргизский
Остальные
Обновлено: понедельник, 22 января 2007 г., 13:13 GMT 16:13 MCK
Диссидентская Мекка
Артем Кречетников
Би-би-си

Колыбель свободы и парламентаризма, Лондон притягивал и притягивает политических изгнанников со всего мира. В том числе из России.

Лондон
Британские власти издавна предоставляли убежище многим беженцам из России
Вероятно, первый русский эмигрант появился на Британских островах в начале XVII века. За сто лет до Петра I Борис Годунов отправил нескольких молодых людей учиться в Европу. Пока юноши постигали науки, на родине началось Смутное время, и, наслушавшись вестей из дома, никто из них в Москву не вернулся. Имеются данные, что один из этих людей осел в Британии и стал англиканским священником. Его имени история не сохранила.

До середины XIX столетия Россия, за редчайшими исключениями, не знала политической эмиграции. Простые люди были далеки от политики, а дворяне не привыкли сами зарабатывать себе на жизнь.

Центром культурного притяжения при Петре была Голландия, при его преемниках - Франция. Британия казалась слишком далекой и непонятной.

Зато с появлением политэмигрантов их Меккой сразу сделался Лондон. Более надежного пристанища в тогдашнем мире было не сыскать. В отличие от Пруссии и Австрии, чьи консервативные правительства не привечали чужих революционеров, и Франции, где в любой момент можно было ждать баррикад и смены режима, Британия являлась оазисом стабильности и либерализма.

Герцен

Первыми знаменитыми русскими политэмигрантами стали Александр Герцен и Николай Огарев. Николай I своим указом объявил их "вечными изгнанниками из пределов Российского государства", выражаясь по-современному - лишил гражданства.

Чиновники пуще ревизора из Петербурга боялись попасть в "Колокол" и сделаться посмешищем для всех
В Лондоне Герцен и Огарев выпускали первое русское неподцензурное издание - газету "Колокол", доставлявшуюся на родину нелегально. По свидетельствам современников, власть Герцена над умами, особенно в период интеллектуального оживления накануне крестьянской реформы, была столь велика, что он вел полемику с императорским правительством как равный.

Помимо политики, "Колокол" специализировался на борьбе с коррупцией. Анонимные корреспонденты со всей России сообщали Герцену и Огареву о притеснениях и безобразиях. Чиновники пуще ревизора из Петербурга боялись попасть в "Колокол" и сделаться посмешищем для всех.

Подобно Солженицыну, Герцен, попав на Запад, разочаровался в "мещанской" буржуазной цивилизации и сделался русским почвенником.

Народовольцы

После покушения Дмитрия Каракозова на Александра II в 1866 году из российских университетов стали массово исключать "неблагонадежных" студентов. Те, кому позволяли средства, отправились продолжать образование в Европу и устроили настоящее паломничество в Лондон - засвидетельствовать почтение Герцену и выслушать его наставления. Впрочем, для нового поколения, звавшего Русь к топору, он оказался недостаточно радикален.

Владимир Ленин
"Ленинские места" Лондона всегда входили в программу визитов советских делегаций
Побывали у Герцена и молодой Лев Толстой, и духовный отец русского терроризма, автор мрачного "Катехизиса революционера" Сергей Нечаев. Ленин расходился с Нечаевым в вопросе о методах борьбы, предпочитая индивидуальному террору массовый, но позаимствовал у него идею и основные принципы организации профессиональных революционеров.

Подолгу живал в Лондоне знаменитый анархист Михаил Бакунин.

Убежище в Британии тогда находили даже явные террористы - лишь бы в Соединенном Королевстве человек соблюдал законы. Сергей Степняк-Кравчинский среди белого дня посреди Невского проспекта убил кинжалом шефа жандармов Мезенцова, однако от судьбы не ушел - в лондонском тумане угодил под пригородный поезд.

Большевики

Владимир Ленин много работал в богатой библиотеке Британского музея. "Ленинский" читальный зал был обязательным местом посещения для всех советских делегаций.

Круг замкнулся - дочь Сталина доживала век в том самом месте, где сто лет назад ее отец строил планы переустройства мира
В Лондоне состоялись II, III и V съезды РСДРП. Опять-таки характерно: II съезд, на котором произошел исторический раскол на большевиков и меньшевиков, открылся в Брюсселе, но оттуда делегатов по просьбе российских властей выставила местная полиция, а в Лондоне - пожалуйста.

Писатель Анатолий Рыбаков в годы перестройки поведал случай, о котором слышал от старых большевиков. Иосиф Джугашвили, тогда еще не Сталин, в апреле 1905 года явился на III съезд одетым не по погоде. Будущий нарком иностранных дел Максим Литвинов пожалел нелюдимого делегата от Закавказья, не говорившего ни на одном иностранном языке, и повел его по магазинам - покупать теплые вещи. Зачем-то отлучился на несколько минут, попросив спутника подождать на улице, а когда вернулся, увидел, что расистски настроенные и нетрезвые представители английского пролетариата мутузят будущего диктатора полумира, приняв его за индуса. Случайно или нет, но именно Британию Сталин всю жизнь считал главным оплотом мирового империализма и реакции.

В 90-х годах в доме престарелых под Лондоном несколько лет жила Светлана Аллилуева. Круг замкнулся - дочь Сталина оказалась в том самом месте, где сто лет назад ее отец строил планы переустройства мира.

Белые

В отличие от врагов царизма, белоэмигранты сконцентрировались главным образом в Париже, а в Лондон стремились меньше. Тому были минимум три причины. Во-первых, образованные русские в ту эпоху поголовно владели французским, а английского почти не знали. Во-вторых, жизнь в Британии была дороже, чем на континенте. В-третьих, белые были обижены на британское правительство, которое в 1921 году первым из великих держав установило с большевиками дипломатические отношения.

Олег Гордиевский
Один из самых известных политэмигрантов - бывший сотрудник КГБ Олег Гордиевский
В брежневскую эпоху Соединенное Королевство держало первое место в мире по числу перебежчиков из рядов КГБ и ГРУ. МИ-5 всегда славилась умением обеспечивать безопасность тех, кто отдался под ее покровительство, и если советский разведчик решался уйти на Запад, он знал, что надежнее всего иметь дело с англичанами.

В Британии и сегодня живут самые известные перебежчики: бывший резидент КГБ в Дании Олег Гордиевский и бывший офицер ГРУ Владимир Резун, ставший всемирно известным историком и писателем под псевдонимом Виктор Суворов.

Зато "цивильная" эмиграция ехала главным образом в США и Израиль. Из знаковых фигур "третьей волны" Британию избрал, пожалуй, только Владимир Буковский.

Диссиденты

В отличие от Герцена и Нечаева, большинство эмигрантов из СССР не пыталось изменить на родине общественный строй. Их мечта была скромнее: прожить собственную жизнь, как хочется.

Лондон имеет феноменальную репутацию как средоточие свободы. Но я бы уехал хоть в Малави, хоть на Шпицберген, если бы появилась возможность
Леонид Финкельштейн
"Я к таким смельчакам не принадлежал. Я думал только о том, как уехать, а чтобы изменить строй, у меня мыслей не было", - рассказывает один из ветеранов Русской службы Би-би-си журналист Леонид Финкельштейн, живущий в Лондоне с 1963 года.

На вопрос, зачем он уехал, Финкельштейн всегда отвечал просто: воздух был не тот.

Его судьба типична для "третьей волны" эмигрантов из СССР. Сын революционера, вместе с Литвиновым нелегально переправлявшего в Россию оружие, в 1947 году "за неудачную фразу" угодил с четвертого курса института в ГУЛАГ. Вышел после смерти Сталина. Об отъезде, по его собственным словам, не помышлял: для советского человека заграница тогда была "мифом о загробной жизни", как говорил Остап Бендер.

Но в 1955-м Финкельштейн прочел в "Правде" коротенькое сообщение о том, что в Польшу отправилась первая группа туристов, и сказал себе: "Господи, а ведь это получит развитие. ЭТО возможно!!!". И подчинил жизнь одной цели: переквалифицировался из инженеров в журналисты, как положено, съездил сначала в Болгарию, наконец дождался включения в писательско-журналистскую тургруппу, отправлявшуюся в Лондон. Девять дней добросовестно осматривал достопримечательности, чтобы не портить товарищам удовольствие, а в последний день, как тогда выражались, "ушел".

"Лондон имеет феноменальную репутацию как средоточие свободы. Но я бы уехал хоть в Малави, хоть на Шпицберген, если бы появилась возможность", - говорит он.

На круги своя?

Эмигранту нового поколения, бывшему совладельцу "Логоваза", а ныне писателю Юлию Дубову, не пришлось выжидать восемь лет. Он просто взял билет на самолет. И Лондон выбрал вполне осознанно.

Ахмед Закаев
Политэмигранты новой волны выбирают Лондон, в том числе Ахмед Закаев
"Некоторые люди, которых я знал, уже находились в Лондоне. Я английский язык немножко знаю. Любил Англию еще до того, как сюда приехал, и не разочаровался", - сказал он Русской службе Би-би-си.

В наши дни именно Лондон, а не Париж, и даже не Нью-Йорк стал неофициальной столицей русской эмиграции. По некоторым данным, из десяти миллионов его жителей от 100 до 300 тысяч составляют выходцы из бывшего СССР.

Лондон - мировой финансовый и культурный центр, открывающий перед способным человеком неограниченные возможности, интернациональный мегаполис, где люди самых разных цивилизаций не чувствуют себя чужими. В Лондоне говорят на английском языке, которым большинство современных образованных россиян худо-бедно владеет, он сравнительно недалеко от дома и вообще является приятным во всех отношениях местом для жизни.

А дальше вступает в силу эффект мультипликатора: чем многочисленнее и активнее в том или ином месте национальная община, тем сильнее она притягивает вновь прибывших.

Конечно, подавляющее большинство этих людей перебрались на берега Темзы не из-за политики. Но факт остается фактом: в 1990-е годы казалось, что россиянам больше никогда не придется покидать родину из-за разногласий с правительством, а в последние несколько лет снова появились диссиденты и политэмигранты.

"Есть такие, кто почувствовал прямую и непосредственную опасность. Есть и те, кого просто перестала устраивать обстановка в стране. Политические причины не обязательно связаны с наличием мгновенной угрозы. Они могут быть связаны связаны с ожиданием чего-нибудь", - говорит Дубов.

Почти все известные политические беженцы новейшего времени - Борис Березовский, Ахмет Закаев, бывшие топ-менеджеры ЮКОСа и покойный Александр Литвиненко - обосновались в Британии.

Российская прокуратура предъявляет всем им уголовные обвинения и настойчиво добивается их выдачи.

Ассимилироваться или вернуться?

Собираясь в Британию, Леонид Финкельштейн, по его собственным словам, о самореализации не задумывался и о карьере не мечтал. Языка почти не знал, собирался работать автослесарем.

Сюда легко вписаться, если сильно захотеть. Если не захотеть, тогда ничего и не произойдет. В Англии можно стать более или менее своим, если хотеть стать своим
Юлий Дубов
"Решил - приду в гараж, попрошусь в яму и покажу, на что способен. Оказалось, в Англии нет ям, а есть подъемники", - вспоминает он.

Перебирать двигатели и рихтовать кузова ему не пришлось: русскоязычных журналистов, знающих советскую жизнь, в Британии тогда было раз-два и обчелся.

Теперешним эмигрантам сложнее с трудоустройством, но легче с ассимиляцией. Практически все владеют языком, и российские реалии не так уж отличаются от западных.

"Переезд из России в Англию - это, конечно, довольно сильный шок. Другая страна. Резкое изменение среды обитания. Но сюда легко вписаться, если сильно захотеть. Если не захотеть, тогда ничего и не произойдет. В Англии можно стать более или менее своим, если хотеть стать своим", - утверждает Юлий Дубов.

Между поколениями есть еще одно принципиальное отличие. Финкельштейн и его ровесники твердо знали, что уезжают из России навсегда. Дубов убежден, что, оказавшись в чужой стране, неважно, на год или на всю жизнь, надо "приспосабливаться к среде и пытаться эту среду приспособить к себе, чтобы не испытывать повседневно неприятных эмоций". Но на вопрос, надеется ли он вернуться, твердо ответил: "Конечно".


 

Русская служба Би-би-си – Информационные услуги