Skip to main contentAccess keys helpA-Z index
BBCRUSSIAN.COM
БИ-БИ-СИ НА ДРУГИХ ЯЗЫКАХ
Украинский
Азербайджанский
Узбекский
Киргизский
Остальные
Обновлено: вторник, 06 марта 2007 г., 09:51 GMT 12:51 MCK
Революция как сплетение проектов
Демонстрация у Исаакиевского собора в 1917 году
Кому был нужен Февраль? О технологиях 1917-го, медиа-проекте большевиков и о параллелях с современностью в эфире программы "Радиус" говорили историк и писатель Борис Соколов, политолог Андрей Пионтковский, историк Дмитрий Володихин. Вела программу Анна Дементьева.

Би-би-си: Из свидетельств о февральской революции складывается впечатление, что она, как дубинушка, "сама пошла". Не было у нее ни лидеров, ни организаторов, ни политтехнологов. Так ли это на самом деле?

Борис Соколов: Думаю, что так, потому что революция - вещь стихийная, ее не предвидит никто. Ни одна революционная партия в России, которая жила, можно сказать, революцией, в конце 1916-го - начале 1917 года, революции не предвидела.

Би-би-си: Кто же тогда ее осуществил?

Б.С.: Те массы, которым перестал поступать хлеб из-за перебоев транспортного сообщения с Петроградом, а уже дальше вмешались политики.

Би-би-си: Похоже ли это на 1991 год в России?

Б.С.: В какой-то мере да, хотя результаты оказались разные.

Би-би-си: Так ли уж самопроизвольно и нечаянно произошла февральская революция, и империя оказалась без царя?

В конце 1916-го - начале 1917 года несколько политических групп готовили нечто вроде заговора, не предполагая, что это выльется в столь серьезные кровавые формы
Дмитрий Володихин
Дмитрий Володихин: Я так не думаю. В конце 1916-го - начале 1917 года несколько политических групп готовили нечто вроде заговора, не предполагая, что это выльется в столь серьезные кровавые формы. А революция, хотя и называется бескровной, по подсчетам современных историков, обошлась в полторы тысячи убитых и раненых. Даже предпринимались политические меры, чтобы приостановить разрастание заговора: незадолго до февральских событий было арестовано 11 человек, связанных с активным забастовочным революционным движением. Но, видимо, этих мер не хватило.

Би-би-си: Что это был за заговор? Некий рабочий заговор забастовщиков?

Д.В.: Нет, заговором занимались значительно более серьезные люди. Следы этого заговора уходят и в военную верхушку России, в том числе непосредственно в Ставку, и в совещание при военно-промышленном комплексе. Можно назвать фамилию господина Гучкова. И в гораздо меньшей степени, чем это принято думать, в думские круги. Как раз Дума встретила революцию в несколько обескураженном состоянии, поскольку она в наименьшей степени влияла на происходящее.

Би-би-си: Чего же хотел Гучков?

Д.В.: Предполагаю, что он был в исключительной степени обижен сокращением заказов со стороны правительства. Он отвечал тогда за военную промышленность России. Кроме того, у него были далеко идущие политические планы. Я уверен, что революция лишь по внешней видимости была стихийной, а в значительной степени она была организованной. Отчасти - представителями русского общества, отчасти - под влиянием извне, в данном случае - Германии.

Би-би-си: Говоря современным языкам, все-таки это был некий проект?

Д.В.: Это было несколько проектов, которые сплетались и сталкивались друг с другом, дав своего рода кумулятивный эффект.

Би-би-си: Если переложить реалии февраля-марта 1917 года на нынешнее понимание и нынешний уровень развития политической науки, был ли это проект и возможна ли революция, которая не организована никем?

Я не соглашусь с мнением, что революция - это стихия масс
Андрей Пионтковский
Андрей Пионтковский: Напомню, что Владимир Ильич Ленин - наш выдающийся революционер - выступал перед молодыми швейцарскими социалистами в конце февраля 1917 года. Он говорил о том, что им, старикам, конечно, не удастся увидеть революцию, а вот молодое поколение это увидит. Во всяком случае, большевистского заговора-проекта, в отличие от того проекта, который существовал в октябре, не было.

С другой стороны, я не соглашусь с мнением, что революция - это стихия масс. Если употребить более мягкий термин "смена режима", то смена режима всегда происходит в силу кризиса элиты и инициативы части элиты, недовольной высшей властью. Соответствующие настроения в массах могут спровоцировать этот кризис или, наоборот, могут быть удачно использованы элитой.

Би-би-си: Народу нужен был хлеб, промышленная элита и другие круги были недовольны монархическим строем и тем, как складывалась ситуация на тот момент. Если смотреть по промежуточным результатам февральской революции, кому это оказалось нужнее? Народ хлеба не получил.

А.П.: Февральскую революцию нельзя рассматривать как процесс нескольких месяцев, можно только в более широком историческом контексте. Я - единственный из участников не профессионал-историк, а любитель, и у меня есть доморощенная концепция взгляда на события 1917-1930 годов как на некий непрерывный процесс перехода от имперской романовской России к коммунистической: февральская, октябрьская, революции, гражданская война и еще более чудовищная форма гражданской войны - коллективизация.

В царский империи был огромный цивилизационный порог - это цивилизационный разрыв, образовавшийся после реформ Петра, между барином и мужиком. В каждой стране есть социальные различия, но в России это был даже не социальный, а культурологический и даже антропологический разрыв. Поэтому основной вопрос всего этого процесса - почему народ, 90% которого составляло крестьянство, поддержал довольно чуждую национальным интересам и самому народу группу интернационалистов-большевиков, рассматривавшую Россию как некий хворост для дорогой мировой революции? Потому что мужик не простил барину этих трех веков цивилизационного рывка России за счет жесточайшей эксплуатации основной массы народа. Этот колоссальный разрыв не преодолен и сегодня, он сохраняется между узким слоем элиты и основной массой народа.

Би-би-си: То, что в 1917 году участникам событий - жителям Москвы и Петрограда - казалось ужасным беспорядком, концом культуры и цивилизованности, оказалось цветочками по сравнению с дальнейшими десятилетиями террора. Если российский мужик не простил барину предыдущие три века, почему коллективизацию и все остальное простил?

Б.С.: Российский мужик здесь был ни при чем, потому что революция делалась в городе Петрограде, где мужиков было не так уж много. Конечно, одетые в военные шинели мужики играли определенную роль в революции, но бунт начался именно с горожан. Я бы не сказал, что можно назвать заговорщиками ту рабочую группу при центральном военно-промышленном комитете, арест которой господин Володихин считает мерой по предотвращению заговора.

Ни один из революционных лидеров не руководил революцией, и ни один из думских лидеров не руководил тоже. Вопрос, кто же тогда осуществлял заговор, остается без ответа по сей день. Выиграли от революции только большевики, скорее даже та узкая группа, которая вместе со Сталиным осталась у власти до конца, потому что все остальные тоже были пожраны Молохом революции в 1929-м и позже.

Би-би-си: Иначе говоря, проиграли все, поскольку большевики как сила не присутствовали явным образом к февралю 1917 года?

Октябрьский переворот еще не был чисто большевистским проектом, в значительной степени это был проект эсеров
Дмитрий Володихин
Д.В.: Проиграли далеко не все, поскольку в Петрограде было достаточно представителей радикальных социалистических партий, несмотря на то, что Ленин, Троцкий и другие находились в эмиграции. Активно действующих политических и боевых руководителей было достаточно. Стеклов, Суханов, Соколов, Самодуров, Филлиповский, Максимовский, Шляпников - все это "замечательные" люди, которые проявились активнейшим образом в 20-х числах февраля 1917 года и какое-то время лидировали в революционном руководстве. Именно они навязали Думе тот способ действий, который и привел Временное правительство к краху. Таким образом, можно говорить о достаточно широкой коалиции представителей радикальных социалистических партий. Октябрьский переворот еще не был чисто большевистским проектом, в значительной степени это был проект эсеров.

Би-би-си: Вы говорите об узкой части политически активного класса, который сам составляет ничтожный процент от населения всей России. Какие классы, говоря по-марксистки, все-таки выиграли в феврале?

Д.В.: Что касается классов, то я не думаю, что выиграл хоть кто-то. Выиграли, быть может, солдаты запасных частей, которые не попали на фронт. А что касается самого хода революции в целом, думаю, что русская цивилизация находилась в состоянии пенсионного возраста, и в спокойном виде могла прожить еще достаточно долго, может быть, 100-200 лет, или бескровным образом перешла бы во что-то иное. Ее в значительной степени убила война. На протяжении нескольких лет она привела к страшному состоянию общества - безнравственному и вооруженному, лишенному сдерживающих традиционных заглушек и растревоженному деятельностью российской прессы. Поэтому, в длительной перспективе, переворот готовился долго. В краткой перспективе - ключи от работы революционных солдат и рабочих в 20-х числах февраля держали радикальные социалистические лидеры того времени.

Би-би-си: Но ведь пресса была подцензурна вплоть до этого момента?

Д.В.: Пресса даже в 1916 году позволяла себе такие выступления, публикацию таких речей думских деятелей, что сейчас, в мирное время [2007 года], человека могли бы лишить всех должностей и отправить в административную ссылку куда-нибудь на руководство спортом в сельском районе. В государственных СМИ человек, который пропустил бы такой материал, точно лишился бы работы.

Би-би-си: Г-н Пионтковский, вы согласны с тем, что подцензурная пресса в России времен Первой мировой войны была более свободной, чем сейчас?

Созданное на немецкие деньги громадное количество газет, распространявшихся на фронте, ориентированных на солдат и рабочих, по силе воздействия было равно влиянию современного государственного телевидения
Андрей Пионтковский
А.П.: Мне кажется, что до Февральской революции ее воздействие не было таким сильным, потому что ее читала только интеллигенция. Это было как наше сегодняшнее "Новое время". Конечно, большевики использовали в мае-ноябре 1917 года совершенно новые, невероятные для того времени медиа-технологии. Созданное на немецкие деньги громадное количество газет, распространявшихся на фронте, ориентированных на солдат и рабочих, по силе воздействия было равно влиянию современного государственного телевидения. Это было невероятно жесткое медиа-воздействие, которое во многом содействовало успеху октябрьского переворота.

Би-би-си: Действительно ли медиа-технологии большевиков оказались столь же мощными, как и телевидение в наши дни? И где была все это время либеральная пресса?

Б.С.: Я бы не стал зацикливаться на медиа-технологиях. Не меньшую роль играли простые большевистские агитаторы. То, что они говорили, было очень близко народу: они говорили солдатам, что надо кончать войну, крестьянам - что они дадут им завтра землю. Другие партии говорили о войне до победного конца, хотя эту войну Россия была не в состоянии вести. В конечном счете это погубило Временное правительство. Эти партии не рисковали идти на радикальные аграрные реформы, ожидая Учредительного собрания и какого-то последующего длительного развития.

Би-би-си: Почему так, ведь во Временном правительстве собрались неглупые люди, хотя их карикатурно изображали в советских фильмах 1930-х годов?

Б.С.: Они были людьми неглупыми, но от народных чаяний довольно далеки. Большевики же хорошо понимали народ, и, не собираясь удовлетворять его чаяния, использовали их в своих интересах. Как практические политики они действовали гораздо более рационально, чем все Временное правительство, которое с первого дня неуклонно вело себя к гибели и сделало все для успеха большевистского переворота.

Би-би-си: Но с левого фланга были не только большевики, а еще и эсеры, меньшевики.

Эсеры, которые в какой-то мере поддерживали правительство, говорили о войне до победного конца, но в то же время делали все для разложения существующей власти и армии
Борис Соколов
Б.С.: Они были ничем не лучше, потому что эсеры, которые в какой-то мере поддерживали правительство, говорили о войне до победного конца, но в то же время делали все для разложения существующей власти и армии.

Би-би-си: Могли бы меньшевики и эсеры составить альтернативу большевистскому пути?

Д.В.: Могли бы. Были периоды, когда в столицах России эсеры представляли собой чуть ли не большую силу, чем большевики. По ряду параметров они превосходили большевиков, и после октябрьского переворота эсеры еще входили в правительственные структуры. Но большевики оказались более радикальными в своих обещаниях. Это сравнимо с какой-нибудь финансовой пирамидой 1990-х годов, которая обещает сразу 600% годовых и сразу.

Би-би-си: Есть такая версия: газета "Правда" в те дни объясняла начало народного движения тем, что власть помешала женщинам-работницам праздновать свой день 8 марта, из-за этого на Путиловском заводе начались первые столкновения, которые потом переросли в революцию. Подтверждаются ли исторически такие трактовки газеты "Правда"?

Б.С.: Конечно, это огромное преувеличение. Известно, что демонстрация женщин в честь дня 8 марта сыграла свою роль в февральской революции, добавив масла в огонь, но решающей роли она, конечно, не играла.

Би-би-си: С чем Россия придет к столетию этих революций?

А.П.: Россия находится в таком глубоком системном кризисе, что предсказывать сейчас невозможно. Хочу возразить коллегам по поводу оболванивания народных масс и пирамид: уже после прихода к власти большевиков был проведен исторический тест - выборы в Учредительное собрание. Только 20% этого оболваненного народа проголосовало за большевиков. Этой медиа-энергии большевиков оказалось достаточно для создания экстремистского авангарда штурмовиков красной гвардии, с помощью которых они взяли власть. А вот эсеры и меньшевики получили около 80% на тех выборах. Именно поэтому Учредительное собрание было разогнано, а демонстрация рабочих в его защиту расстреляна.

Би-би-си: Эти выборы были справедливые, прозрачные, соответствовали бы они стандартам ОБСЕ?

А.П.: Это самые справедливые выборы, которые были в истории России до настоящего времени.

Д.В.: Эти выборы были неплохи. Если делать выбор между нынешней системой выборов и той, прошлая была совершенней.

Б.С.: Россия встречает годовщину той революции ожиданием новой, потому что реально только она может разрешить долгосрочный системный кризис. Выборы в Учредительное собрание были прозрачными, но надо учитывать, что эсеры к тому времени были расколоты на левых и правых, а шли единым списком. А содействие левых эсеров помогло большевикам удержаться у власти в конце 1917 - начале 1918 года, в том числе разогнать Учредительное собрание, об этом тоже надо помнить.

Би-би-си: До следующего 17-го года России предстоит пережить столь же глобальные изменения?

Б.С.: Боюсь, что да.



 

Русская служба Би-би-си – Информационные услуги