Skip to main contentAccess keys helpA-Z index
BBCRUSSIAN.COM
БИ-БИ-СИ НА ДРУГИХ ЯЗЫКАХ
Украинский
Азербайджанский
Узбекский
Киргизский
Остальные
Обновлено: среда, 13 декабря 2006 г., 09:58 GMT 12:58 MCK
"Газпром" теснит иностранцев на Сахалине
Трасса нефтепровода на Сахалине

"Газпром" намерен получить половину акций многомиллиардного проекта Сахалин-2, который ведут три иностранные корпорации. Своими долями поделятся британо-голландская Royal Dutch Shell (по данным Financial Times, Shell , имея сейчас 55-процентный пакет, готов отдать 30%) и две японские компании - Mitsui и Mitsubishi.

Что это - нормальный бизнес, акт доброй воли или капитуляция? Об этом в эфире радиопрограммы "Радиус" на волнах Русской службы Би-би-си говорили: президент института энергетической политики Владимир Милов, обозреватель Росбизнесконсалтинга Елена Забелло и эксперт компании RusEnergy Михаил Крутихин. Вела программу Анна Дементьева.


Би-би-си: г-н Милов, проект "Сахалин-2" очень затратный, затяжной, прибыли он еще не дает, зачем это "Газпрому"?

Владимир Милов: Значительная часть капитальных затрат в этом проекте уже понесена, сейчас началась самая приятная стадия проекта, когда добывается нефть, через пару лет начнет производиться и экспортироваться сжиженный природный газ, пойдут доходы. Если посмотреть на ситуации за последние годы, когда "Газпром" захватывал независимых производителей газа, то там видна такая же схема: "Газпром" дожидается, пока проект выведут на стадию обустройства месторождения и добычи углеводородов, оно начинает приносить доход, и потом следуют действия, связанные с получением контроля.

Би-би-си: Но вряд ли можно назвать приятной стадию проекта, на которой ему предъявляется множество претензий. Не далее как сегодня зам. руководителя Росприроднадзора Олег Митволь вновь сказал, что "Сахалином-2" природе нанесен огромный ущерб, и будут поданы иски в суд чуть ли не на десять миллиардов долларов.

В.М.: Два с небольшим года назад министр природных ресурсов г-н Трутнев - непосредственный начальник г-на Митволя - говорил, что на добывающих предприятиях компании "Юганскнефтегаз" найдены настолько серьезные нарушения выданных лицензий, что они могут быть отозваны.

Это, в конечном счете, повлияло на заниженную оценку, по которой "Юганскнефтегаз" был выставлен на аукционе. Но после того как он попал в руки нужной компании, все претензии испарились и вопрос об отзыве лицензий больше не стоит. Думаю, что похожая история нас ждет и в случае с "Сахалином-2".

Би-би-си: г-н Крутихин, на каких условиях эти доли будут переданы "Газпрому"? Вряд ли просто отдадут пакет своих акций и Royal Dutch Shell, и Mitsui, и Mitsubishi.

Михаил Крутихин: Как раз сейчас идет торговля. Иностранным партнерам не оставили выбора, их загнали в угол. Она должны либо совершенно свернуть свой проект и начать выплачивать колоссальные штрафы за нарушение природного законодательства, или в результате этого шантажа передать значительную часть, или даже контроль над проектом "Газпрому", и сохранить хотя бы что-то.

Би-би-си: Сегодня Дмитрий Медведев - первый вице-премьер правительства и руководитель "Газпрома" сказал, что "Газпром" в итоге получит в "Сахалине-2" около 50 процентов, это не совсем контрольный пакет, не 51 процент.

М.К.: Я не исключаю, что это будет 50 процентов плюс еще одна акция.

Би-би-си: Royal Dutch Shell уже соглашалась отдавать долю "Газпрому", и было некое соглашение, подписанное, если я не ошибаюсь, в прошлом году. Почему тогда оно не реализовалось?

М.К.: Сразу после этой договоренности был опубликован бюджет проекта, который, вопреки ожиданиям российской стороны, оказался не восемь или десять, а около 22 миллиардов долларов. После этого "Газпром" потребовал пересмотра условий уже достигнутого соглашения, и мы видим, под каким страшным давлением эти условия были пересмотрены.

Би-би-си: Что вы называете шантажом и страшным давлением?

М.К.: Действия г-на Митволя и действия российского правительства, которое давно пытается подобраться к соглашениям о разделе продукции (СРП). Не секрет, что в прошлом году премьер-министр Фрадков даже выступал с инициативой пересмотра федерального законодательства и снятия так называемой дедушкиной оговорки с СРП, что было бы чрезвычайно вредно для имиджа России в мировом деловом сообществе.

Би-би-си: Что такое "дедушкина оговорка"?

М.К.: Это законодательное положение, которое защищает проекты от последующих законодательных изменений, которые могли бы ухудшить их условия.

Би-би-си: Шантаж и политическое давление - эти слова употребляют не только наши собеседники, но и множество иностранных газет, которые комментируют то, что происходит с "Сахалином-2". Красит ли это "Газпром"?

Елена Забелло: Действительно, мы наблюдали подобную ситуацию, в том числе и с Ковыктой. Это обычная практика "Газпрома": таким образом решать вопросы или получать доли в интересующих холдинг проектах. Я бы все-таки не назвала это ни политическим давлением, ни шантажом. Это бизнес, и "Газпром" предлагает взамен ниоконские залежи, и вскользь было сказано о Штокмане. Думаю, что Shell, имеющая мировое значение, сумеет договориться и сохранить контроль. Во всяком случае, совместно с японскими акционерами, они отдадут блок-пакет.

Би-би-си: г-н Милов, возможна ли какая-то адекватная, справедливая оценка этого пакета так, чтобы корпорация Shell не так уж пострадала и не чувствовала себя обделенной? Что может "Газпром" дать ей взамен?

В.М.: Ничего себе бизнес, когда для создания серьезного преимущества одному из партнеров задействуется вся регуляторная сила государства! Проект "Сахалин-2" длится уже 12 лет, и никто, кроме независимых экологических организаций, никогда не высказывал к нему серьезных экологических претензий. А тут вдруг, когда "Газпрому" понадобилось подешевле войти в проект, оказалось, что там столько природоохранных нарушений, что удивительно, как этого раньше не замечали.

Это как раз характеризует стиль ведения бизнеса сегодняшними российскими государственными корпорациями, у которых Кремль за спиной. Что касается оценки, безусловно, "Газпром" будет сбивать стоимость получения контроля в проекте до максимально возможных низких отметок.

Думаю, что в этом и была цель природоохранной атаки на проект: показать компании Shell, с какими проблемами она может столкнуться при неправильном подходе к переговорам. Видимо, сложится ситуация, в которой и компании Shell, и японским инвесторам под угрозой отзыва разрешений на ведение этого проекта со стороны природоохранных органов, как минимум, будут навязаны невыгодные условия выхода из проекта. На этом сейчас будут сосредоточены усилия и "Газпрома", и официальных структур.

Би-би-си: Противники СРП, в том числе и в российском парламенте, говорят: почему нет? Эти соглашения были заключены на грабительских, по их мнению, условиях и, как они говорят, в те годы, когда "Россия стояла на коленях". Может, это просто справедливо в отношении российского государства?

В.М.: Это очень важный момент, в котором необходимо уметь внимательно разбираться. Несмотря на весь белый шум на фоне ситуации с "Сахалином-2" по поводу того, что СРП якобы невыгодно России, никто не предпринимает попыток пересмотреть условия этих соглашений. Россия не направила Shell уведомление, что она хочет пересмотреть условия этих соглашений и, насколько мне известно, не собирается такое уведомление направлять.

Думаю, что это объясняется и тем, что в проект хочет войти "Газпром", который платит на порядок меньше налогов с добываемых углеводородов, чем частные нефтяные компании в России. Для "Газпрома" сохранение условий СРП будет очень выгодным, зачем его менять?

Мы наблюдаем попытку втащить близкую к руководству России компанию, используя для этого совершенно другие - регуляторные - инструменты, как это было в деле ЮКОСа. Тогда никто не пытался пересмотреть результаты приватизации, о которых так много говорили, а предъявили претензии о якобы неуплаченных налогах, которые после перехода активов в нужные руки тоже были отменены.

Би-би-си: Сколько получит от этого соглашения российская казна, когда проект заработает?

В.М.: Это очень сложный проект, растянутый на длительное время, многое также зависит от уровня цен на нефть, которые будут. Например, в период заключения соглашения никто не верил, что нефть будет стоить 60 долларов. Мне кажется, сегодня это не настолько важно. Вопрос СРП сегодня не стоит, никто не собирается его пересматривать. Дело в непропорциональном использовании государством своих регуляторных базовых функций, например, природоохранных, для помощи компаниям, а не реальной защиты природы.

Би-би-си: Михаил Крутихин, когда "Газпром" получит половинную долю себе, кто будет получать больше: российский бюджет, или "Газпром"?

М.К.: Разумеется, "Газпром". До тех пор, пока не будут компенсированы расходы (по СРП инвесторы сначала должны компенсировать свои издержки), а уж потом начнется справедливый раздел прибыли между российским государством и участниками проекта. Но дело в том, что "Газпром" собирается бесплатно войти в этот проект. Если компании стоят перед выбором: или платить десятки миллиардов митволевских долларов штрафа, или отдать это все на откуп "Газпрому", то естественно, что они согласятся.

Би-би-си: В этот проект уже вложено, по разным оценкам, до 20 миллиардов долларов. Теми самыми Shell, Mitsui, и Mitsubishi, которые уже давно работают на Сахалине и строят нужную для проекта инфраструктуру. Природоохранное ведомство говорит, что ущерб, нанесенный природе, исчисляется десятью миллиардами долларов. Готов ли "Газпром" возместить половину - 15 миллиардов?

Е.З.: Мне кажется, что нет. Каким бы образом "Газпром" ни вошел в проект, средств от него бюджет не получит. По крайней мере, мы не наблюдали противоположной ситуации ни разу.

Би-би-си: Так кому же выгодно изменение сделки: "Газпрому", или российскому государству? Имея в виду повышение сметы и вхождение "Газпрома" в проект.

Е.З.: Конечно, прежде всего "Газпрому". А поскольку "Газпром" теперь государственная компания, то, наверное, и государству в том числе.

Би-би-си: Может ли кто-нибудь противостоять "Газпрому" на международном уровне?

Е.З.: Думаю, что некоторые могут, например, Shell. Они имеют очень высокие технологии, им есть что предложить в противовес "Газпрому". Все-таки думаю, что им удастся сохранить контроль над проектом.

Би-би-си: Но ведь экологи били тревогу давно, и когда были отозваны лицензии, в том числе результаты экологической экспертизы проекта, экологи ликовали. Может быть, действительно они были правы? В таких проектах их редко слушают.

Е.З.: Я была на Сахалине 6 раз, в том числе трижды посещала объекты проекта "Сахалин-2". Видела строительство трубопроводов, почти построенный завод по производству сжиженного газа, выкорчеванных деревьев я там не видела. Не могу подтвердить, что там какая-то экологическая катастрофа. Может быть, потому что я не специалист-эколог.

Би-би-си: г-н Милов, а на ваш взгляд, кто-то на мировой бизнес-арене может противостоять "Газпрому" в нынешних условиях?

В.М.: Безусловно, может. "Газпром" силен только в России, у него пока не получается сделать даже элементарное приобретение в Европе, потому что многие в Европе и мире насторожились после недавних решительных действий этой компании и российского правительства в энергетической области. Все стали бояться того, что это некое политическое оружие.

Мы своими действиями, например, прошлогодним украинским кризисом, ограничением доступа иностранцев к нашим недрам, нанесли много репутационного ущерба. Но стоит не забывать, что Россия вообще и "Газпром", в частности, не глобальный поставщик энергоресурсов, а региональный, который имеет значение только для части Европы. "Газпрому" сейчас больше нужно от мирового энергетического рынка, чем этому рынку от "Газпрома". В такой ситуации есть все поводы вести себя иначе.

Би-би-си: Сегодня британская пресса, в том числе финансовая, в одном ключе комментирует произошедшее: они говорят, что это давление российского государства. Times пишет, что нынешние российские власти пытаются создать гибрид изоляционизма и свободного рынка, такой вариант капитализма в России. Газета считает это нонсенсом. На ваш взгляд, действительно ли это чепуха, почему давать иностранцам участвовать в одних проектах и запрещать это в других - почему это нонсенс?

М.К.: Думаю, что это действительно нонсенс, поскольку речь идет, скорее всего, об очень узких коммерческих интересах тех людей, которые на самом деле контролируют "Газпром". Они очень и очень торопятся, им уже наплевать на имидж страны, репутацию ее в мировом деловом сообществе. Им важно как можно быстрее захватить все больше активов, чтобы повысить капитализацию "Газпрома" (и "Роснефти", как государственной компании), и на основании этого повысить стоимость своих пакетов акций.

Время поджимает, поскольку впереди 2008 год - президентские выборы, и нет гарантии, что люди, которые сейчас из Кремля контролируют "Газпром", останутся у власти. Поэтому за очень короткий срок им необходимо накопить как можно больше авуаров, и в случае неблагоприятного развития событий в драке за власть они вполне могут их обналичить и, мягко говоря, куда-то смыться.

Би-би-си: г-н Милов, а ваше мнение по поводу нынешней стратегии, которая ограничивает участие иностранных корпораций в стратегически важных отраслях экономики? Очень многие россияне полностью согласны с тем, что нельзя пускать иностранцев во многие области.

В.М.: Это результат некоей пропагандистской кампании, которая давно у нас проводится, особенно в государственных СМИ, результат исторических фобий, оставшихся с советского времени, и результат непонимания россиян по поводу того, что означает приход иностранного бизнеса в крупные промышленные сектора.

Безусловно, многим профессионалам очевидно, что иностранные компании нам жизненно необходимы, а поскольку они несут с собой более удачные формы глобальной экономической интеграции, новую управленческую культуру, технологии и так далее - это не только капитал. Закрытие дверей для иностранных инвесторов - это стратегическая ошибка российских властей, которая даст о себе знать довольно болезненно.

Би-би-си: Елена Забелло, что, по-вашему, несут иностранные инвесторы? Такие крупные, как, например, Royal Dutch Shell - что они несут российскому бизнесу: порабощение или прогресс?

Е.З.: Конечно, прогресс. Я считаю, что нужно разрешить и всячески способствовать вхождению иностранных компаний в наши основные отрасли, в бизнес.

Би-би-си: Почему же иностранцы должны получать выгоду с российских богатств: запасов нефти и газа, которые принадлежат россиянам?

Е.З.: Пока еще ни одна иностранная компания выгоду не получила, об этом еще рано говорить. Они обладают рядом преимуществ: эти компании более дисциплинированные налогоплательщики, они занимаются социальными проблемами, их деятельность более прозрачна, они вкладывают реальные средства. Би-би-си: Также сегодня Financial Times риторически спрашивает в своей статье, кто будет следующий?

В.М.: К сожалению, довольно много предположений: и про TNK-BP, и про Ковыткинское месторождение, и про "Сахалин-1". Мне очень хотелось бы, чтобы на "Сахалине-2" этот неприятный блицкриг остановился, чтобы российские власти прекратили дальнейшие попытки хищнически захватить чужие активы, созданные чужими руками. Давайте не забывать, что "Сахалин-2" - это один из двух единственных успешных проектов на Сахалине, которые реализуются силами иностранцев.

В середине девяностых остальные сахалинские проекты решили отдать российским государственным компаниям, и там ничего еще до сих пор не сделано. К сожалению, мы своими руками душим те ростки успеха, которые появились за последние десять лет.

М.К.: Я думаю, что все-таки Ковыкта. Несмотря на заверения российского руководства, которые получили участники проекта во главе с ВР, то и дело все срывается усилиями министерства природных ресурсов, прокуратуры, и других государственных органов. Сделано все, чтобы этот проект без участия в нем "Газпрома" не трогался с места, причем иногда это происходит под надуманными предлогами.



 

Русская служба Би-би-си – Информационные услуги