Skip to main contentAccess keys helpA-Z index
BBCRUSSIAN.COM
БИ-БИ-СИ НА ДРУГИХ ЯЗЫКАХ
Украинский
Азербайджанский
Узбекский
Киргизский
Остальные
Обновлено: четверг, 16 декабря 2004 г., 02:09 GMT 05:09 MCK
Афганский симптом
Андрей Остальский
Обозреватель Би-би-си

Андрей Остальский
Нашей задачей было внимательно следить за международной реакцией на ввод войск в Афганистан, помогать составлять утреннюю сводку для правительства
Андрей Остальский
24 декабря 1979 года Николая Леонова и меня вызвали наши начальники и попросили остаться подежурить на ночь, толком не объясняя, что должно произойти.

Разумеется, в то время я и понятия не имел о существовании Николая Леонова (как и он - о моем). Разница в нашем статусе была колоссальной - я был рядовым сотрудником Редакции стран Востока ТАСС, а он - ни много ни мало - начальником аналитического управления Первого главка КГБ.

То, что я не был в курсе намеченного на ту рождественскую ночь вторжения советских войск в Афганистан, вряд ли можно считать удивительным. То, что также поступили с главным аналитиком советской политической разведки - кажется мне поразительным даже сейчас.

Только ближе к полуночи гендиректор Сергей Лосев вызвал меня с коллегой к себе и - под строгим секретом - объяснил, что происходит.

Нашей задачей было внимательно следить за международной реакцией на ввод войск в Афганистан, помогать составлять утреннюю сводку для правительства на этот счет, ну и, вообще, быть "под рукой, если что".

"Сверхсекретные" источники

Картина вырисовывалась невероятная: советские войска вторглись в этнически разобщенную, во многом средневековую страну, где далекие от реальности коммунисты-утописты из Народно-демократической партии представляли донельзя узкий социальный слой
Случайно в тот момент оказавшись "под рукой", я, арабист, вынужден был затем на много месяцев практически переквалифицироваться в "афганиста"! Я имел доступ к "сверхсекретным" в советском обществе источникам - таким как американские журналы "Таймс" и "Ньюсуик", не говоря уже о лентах Рейтер или Ассошиэйтед пресс.

Корреспонденты ТАСС тоже присылали немало интересного, в том числе так называемые информационные письма. В печать шла малая толика этого материала, а 99% публиковалось в служебных бюллетенях разной степени секретности.

Картина вырисовывалась невероятная: советские войска вторглись в этнически разобщенную, во многом средневековую страну, где далекие от реальности коммунисты-утописты из Народно-демократической партии представляли донельзя узкий социальный слой.

Мало того, фракция "Парчам", на которую решили сделать ставку советские товарищи, была в явном меньшинстве и в серьезных контрах с большинством внутри самой партии.

То есть предполагалось покорить это непонятное и никому никогда не подчинявшееся и враждебно настроенное общество с помощью сверхнепопулярного меньшинства внутри чрезвычайно непопулярного меньшинства! Ну, и, конечно, советских штыков.

Из поступавших сообщений было очевидно, что сопротивление носит массовый характер и постоянно растет. Что военные с трудом скрывают свою растерянность. Что руководители операции вообще не понимают, что они делают и с какой целью, просто понятия не имеют, во что они ввязались.

Вчетвером

Решение принималось Андроповым, Громыко и Устиновым (при поддержке Суслова), уломавших пытавшегося вяло сопротивляться Брежнева
Как же так, думал я, как могли все эти высокоумные аналитики из КГБ, Генштаба и ЦК так просчитаться? Только много лет спустя из воспоминаний генерал-лейтенанта Леонова я узнал, что аналитиков никто и не спрашивал.

Решение принималось Андроповым, Громыко и Устиновым (при поддержке Суслова), уломавших пытавшегося вяло сопротивляться Брежнева.

То, что советское население при этом получает очень скудную и, мягко говоря, неточную информацию, казалось мне само собой разумеющимся. Иначе в сложившейся системе быть не могло.

Но руководство, партийные лидеры - да читают ли они те закрытые сводки, которые я помогал готовить? Ну, и разведка, она же не зря хлеб ест, что-то там сообщает? Но уже в начале 1980 года я получил наглядный урок.

Меня, как новоявленного эксперта, пригласили рассказать о положении в Афганистане на закрытом заседании партактива Краснопресненского райкома КПСС, куда были допущены только самые проверенные из самых надежных.

Я, разумеется, не выступал ни с какими обличениями, а просто излагал известную мне фактуру: сколько человек реально входят в НДПА, сколько в "Парчам", а сколько в "Хальк", насколько влиятельны мусульманские моджахеды, какие, по различным оценкам, потери несут советские войска, строго атрибутируя каждую цифру, и так далее.

Публика в зале растерялась: люди не ожидали ничего подобного. Вдруг какой-то пожилой человек вскочил и закричал: "Все это - гнусная ложь! Ничего подобного там не происходит! Вы - клеветник и провокатор, я буду жаловаться в ЦК и КГБ!"

Уверен, что он пожаловался. Но дело замяли. Видимо, меня спасло руководство парткома ТАСС, имевшее связи наверху. Да и райкому скандал такого рода был ни к чему.

Но читать лекции об Афганистане мне категорически запретили, а вскоре и вовсе вернули на арабское направление. И я начал постигать странную на первый взгляд истину: советская власть предпочитает заниматься самообманом и верить той версии событий, которую "куют" ее собственные пропагандисты.

"Они прекрасно понимают..."

30 декабря "Правда" сообщила о гибели Хафизуллы Амина презрительно не удостоив его более звания президента и даже не назвав по имени - только по фамилии
Вскоре я прочитал одну занимательную книгу, изданную строго для "служебного пользования" - то есть только для ознакомления лиц, имеющих специальный допуск. Это были тексты секретных телеграмм, которые иранские студенты захватили в американском посольстве в Тегеране.

Самым поразительным документом была шифрограмма, отправленная послом США в Москве в ответ на срочный запрос из Вашингтона накануне советского вторжения в Афганистан.

Белый дом, видимо, получил разведданные о том, что такое вторжение готовится, и теперь срочно хотел узнать мнение посла о вероятности такого события.

Умный американский посол поднял своих боссов насмех. Смысл его послания - не держите советских лидеров за идиотов. Они прекрасно понимают, что интервенция в Афганистан будет означать конец надеждам добиться уступок Запада по ракетам среднего радиуса действия и другим вопросам контроля над вооружениями, отбросит СССР далеко назад в борьбе за европейское общественное мнение, поссорит его с исламским миром, ляжет непосильным бременем на экономику, посеет семена общественного недовольства... И так далее, и тому подобное. Логично, но...

30 декабря "Правда" сообщила о гибели Хафизуллы Амина презрительно не удостоив его более звания президента и даже не назвав по имени - только по фамилии. Она писала: "в результате поднявшейся волны народного гнева Амин вместе со своими приспешниками предстал перед справедливым народным судом и был казнен".

Но трудно было предположить, на что окажется готов пойти Советский Союз, чтобы заменить одного афганского диктатора на другого, чем-то пришедшегося ЦК и товарищу Андропову больше по нраву.

Пленных не брать

Сам президент Хафизулла Амин, любивший говорить, что он "более советский, чем советские", не поверил, когда ему доложили, что на него напали не моджахеды и не бойцы из враждебной партийной фракции, а советские коммандос, переодетые в афганскую форму
Я слышал, что и американцы долго отказывались верить сообщениям разведки о том, что на самом деле произошло во дворце Тадж-Бек. Сам президент Хафизулла Амин, любивший говорить, что он "более советский, чем советские", не поверил, когда ему доложили, что на него напали не моджахеды и не бойцы из враждебной партийной фракции, а советские коммандос, переодетые в афганскую форму.

Он, как и американский посол в Тегеране, опирался на анализ, на логику. Только услышав матерный рев бойцов "Альфы" под своими окнами, понял, как ошибся.

Из воспоминаний этих бойцов стали известны подробности, которым никто (и я в том числе) иначе бы ни за что не поверил: Амин, мечущийся по коридору в трусах и майке, с капельницей с физраствором в руках и все еще вставленной в вену иглой (накануне его пытался отравить сотрудник советский нелегальной разведки, устроившийся к президенту поваром - но ничего не подозревавшие советские врачи его спасли).

Приказ пленных не брать - убить всех, включая охрану, прислугу, родственников. Прятавшиеся по углам дворца, ошалевшие сотрудники КГБ, охранявшие Амина, которые, судя по всему, тоже должны были погибнуть (и некоторые, кажется, все-таки погибли, также как и прикомандированный к семье президента советский врач).

Сотрудники "Альфы", вопреки приказу отказавшиеся стрелять в женшин и детей (но кто-то все-таки в них стрелял). И вот еще одна цитата из мемуаров участника штурма-офицера госбезопасности: "Чавкающие от крови" ковры дворца.

Одного только не найти в этих воспоминаниях - ответа на вопрос: зачем?



 

Русская служба Би-би-си – Информационные услуги

Главная | В мире | Россия | Экономика | Наука и техника | Люди |
Культура | Британия | Аналитика | Вам слово | Мир в кадре | Learn English | Радио | Партнеры