Skip to main contentAccess keys helpA-Z index
BBCRUSSIAN.COM
БИ-БИ-СИ НА ДРУГИХ ЯЗЫКАХ
Украинский
Азербайджанский
Узбекский
Киргизский
Остальные
Обновлено: понедельник, 07 июня 2004 г., 17:41 GMT 21:41 MCK
Михаил Горбачев вспоминает Рейгана
Рональд Рейган и Михаил Горбачев
Лед между двумя лидерами таял на глазах
В интервью корреспонденту Би-би-си Саре Рейнсфорд экс-президент Советского Союза Михаил Горбачев вспоминает свои встречи с Рональдом Рейганом и размыщляет о причинах падения "железного занавеса".

Би-би-си: Большинство людей знали Рейгана как лидера. А каким вы его помните как человека?

Михаил Горбачев: Я хорошо его помню. У нас было время изучить друг друга, выстроить какие-то отношения. Они сложились. Их могу назвать дружескими.

Я всем говорю: это, конечно, не дружба студенческая и школьная, и не дружба ребят на Старом Арбате, во дворе. Это совсем другое, потому что никто не может освободиться от [своих] обязанностей...

Мы почувствовали, что мы можем иметь дело друг с другом. Это очень важно
И тем не менее, наличие таких дружеских, открытых, проникнутых каким-то уважением [отношений], тем более если уже доверие возникло, - это очень много значит.

И Женева, Рейкьявик, визиты в Америку, сюда - Рейгана, переписка его с коллегами - позволили нам, вообще говоря, выйти на довольно продуктивные отношения. И это позволило многое решать.

Би-би-си: Вы сразу поняли, когда вы впервые встретились, что отношения между СССР и США на грани новой эры?

М.Г.: Я должен сказать, что да. Такое впечатление у меня осталось. И я давно пришел к этому мнению - говорил уже не раз об этом - что даже в Женеве через полтора дня мы, если сравнить, как начиналась беседа и к концу - эта беседа позволила нам и вести дела более, так сказать, непринужденно, и за чаепитием продолжать разговоры такие.

Мы почувствовали, что мы можем иметь дело друг с другом. Это очень важно. И приняли же тогда заявление очень важное с Рейганом.

Как он был для многих "ястребом", так и остался
А начиналось с того, что у меня спросили, каково впечатление [от встречи с Рейганом]. Я сказал: "динозавр". А его спросили, [какого мнения он о Горбачеве], как потом в News Week было: "Твердолобый большевик".

Вот и начали путь самый правый и самый, выходит, левый большевик.

Знаете, у всех, помимо всего того, что кто-то придерживается каких-то позиций идеологических, ценностных ориентиров, должно быть чувство реальности.

Без реализма нельзя политикой заниматься. Это будет авантюра сплошная с провалами, и больше ничего.

Би-би-си: Если в общем смотреть, как вы оцениваете его роль в завершении "холодной войны"?

М.Г.: Я бы сказал, что Рейгана можно отнести к числу великих президентов Соединенных Штатов именно благодаря тому, что он внес огромный вклад в подготовку ликвидации "холодной войны" и начало - это даже при нем произошло - подписания соглашения о ликвидации ядерных ракет малой и средней дальности.

Так что его вклад с этой точки зрения незаменим. Для того времени самая главная была опасность - это то, что мы катились как-бы в пропасть, к ядерному конфликту. И в этом смысле он заслуживает того, чтобы сказать именно так о нем.

Би-би-си: У вас, видимо, достаточно позитивное отношение к нему. Насколько, по вашему мнению, большинство россиян разделяет такое позитивное, теплое отношение?

М.Г.: Россияне ведь, как и американцы, часто не знают многого. И это сказывается. Тогда они и используют клише, которые запускает журналистика. Как он был для многих "ястребом", так и остался.

Он хотел закончить свое президентство, став президентом-миротворцем, и мы понимали, что ему это очень важно, потому что он был действительно "ястребом". Ну, а мы тоже были не цыплятами
Но для многих других это человек, который всетаки пошел на изменение отношений с Советским Союзом. Ведь до моего прихода к руководству шесть лет не было никаких встреч с высшим руководством Америки...

И он хотел закончить свое президентство, став президентом-миротворцем, и мы понимали, что ему это очень важно, потому что он был действительно "ястребом". Ну, а мы тоже были не цыплятами. Это эпоха...

Ему, тем не менее, хватило прямоты сказать во время визита [в СССР], отвечая на вопрос корреспондента, придерживается ли он до сих пор такого мнения, что Советский Союз - это империя зла, - он сказал: "Нет, я сейчас не считаю перестраивающийся Советский Союз при господине Горбачеве империей зла. Но тогда я был прав"...

Ну, это его дело. Тем не менее, нельзя сказать, что он был догматиком, зацикленным на чем-то. У него определенная была зацикленность на верности традиции американской.

И даже один раз во время своего приезда сюда с визитом он привез нам джаз, который он любил, и в резиденции посла американского мы слушали после ужина выступление.

У него какие-то были такие общечеловеческие ориентиры здоровые. Но, несомненно, это человек другой культуры, другой истории. Это только подталкивает к тому, что надо считать и признавать, что есть различия и будут различия. И их надо уважать.

Би-би-си: Но ведь идеологии были полярными. Как вам удалось найти общий язык?

М.Г.: Вы знаете, нашли общий язык потому, что и они, и мы знали - особенно американцы и русские лучше всех знали - что уже накоплено, и какой конец будет, если начнется это все.

В Кремле не было настроения спровоцировать какой-то конфликт ядерный. Закрытая точка зрения - не допустить войны с Америкой. И они также понимали
В Кремле не было настроения спровоцировать какой-то конфликт ядерный. Закрытая точка зрения - не допустить войны с Америкой. И они также понимали. Это самое главное.

Но если говорить о нас, перестройщиках, об этом этапе развития Советского Союза, то нам вообще просто стабильность нужна была, чтобы мы могли свои дела разворачивать.

Он, конечно, человек, который вошел в историю. И, прежде всего, это связано с его участием в ликвидации "холодной войны". Это главное.



 

Русская служба Би-би-си – Информационные услуги

Главная | В мире | Россия | Экономика | Наука и техника | Люди |
Культура | Британия | Аналитика | Вам слово | Мир в кадре | Learn English | Радио | Партнеры