Известный экономист и политик Егор Гайдар впервые за последние полтора года собрал российских журналистов и политиков в Москве, чтобы обнародовать свой прогноз развития России в ближайшие несколько десятилетий.
В последующем интервью коррепонденту Русской службы Би-би-си Илье Архипову Егор Гайдар, сейчас возглавляющий Институт экономики переходного периода, подробнее рассказал о том, каким он видит будущее страны, и о том, как кризис вокруг Ирака может повлиять на российскую экономику.
Би-би-си: Вы утверждаете, что через 25-50 лет Россия выйдет на уровень развития современнных высокоразвитых стран. С чем связан такой оптимистичный прогноз?
Егор Гайдар: Россия на протяжении двух веков развивалась примерно с таким лагом с ведущими странами-лидерами экономического роста.
Наши завтрашние проблемы - это проблемы стран-лидеров вчерашнего дня. Мы очень многому можем научиться у них и очень многих ошибок можем не повторить.
Егор Гайдар
|
Она прошла через две мировые войны, через гражданскую войну, через революцию, социалистический экономический эксперимент и его крах, а дистанция при этом оставалась достаточно близкой.
Два поколения нас и разделяют. Это не значит, что нам кто-нибудь гарантирует, что так будет всегда. Никто нам не гарантирует, что через 50 лет у нас будет такая инфраструктура, такая система занятости, как сегодня во Франции или Германии.
Важно понимание того, что наши завтрашние проблемы - это проблемы стран-лидеров вчерашнего дня. Мы очень многому можем научиться у них и очень многих ошибок можем не повторить.
Би-би-си: Как кризис вокруг Ирака может повлиять на развитие российской экономики. Способен ли этот кризис как-либо изменить ваши оптимистические прогнозы?
Е.Г.: Он уже сейчас дает нам крупную "военную" премию нефтяных цен. При начале [войны] он приведет к дальнейшему росту цен на нефть, по завершении - к соответствующему компенсирующему резкому падению цен на нефть. Насколько резкому, посмотрим, но ясно, что они будут на уровне существенно более низком, чем нынешние.
Сейчас российские финансово-денежные установления функционируют так, что мы можем очень легко пройти через этот кризис.
Все, конечно, нелегко, но, по крайней мере, ничего катастрофического, подобного тому, что произошло в 98-м году, иракский кризис сам по себе, если мы не наделаем новых ошибок, нам не несет.
Самое глупое, что правительство сейчас может сделать, это отказаться дальше последовательно проводить линию реформ и заняться макроэкономическими экспериментами.
Егор Гайдар
|
Би-би-си: Какими могут быть эти новые ошибки?
Е.Г.: Я вижу очевидное замедление реформ с 2002 года. Результаты структурных реформ были очень сильными в 2000-2001 годах, но существенно более медленными в 2002-м, потому что приближается избирательный цикл, усиливается влияние партии власти на реально принимаемые правительством решения, что не улучшает их качество.
В 2000 - 2001 годах партия власти была инструментом в руках президента и правительства, инструментом, который они использовали довольно эффективно.
А с течением времени она обрастает своими интересами и популистскими задачами. Уровень популизма в партии власти и, соответственно, влияния на правительство явно нарастал с 2001 года.
Я считаю, что самое глупое, что правительство сейчас может сделать, это отказаться дальше последовательно проводить линию реформ и заняться макроэкономическими экспериментами.
Би-би-си: Есть ли опасности политического характера? Что у вас вызывает наиболее серьезное беспокойство с этой стороны?
Е.Г.: Я вижу риск появления модели так называемой закрытой демократии, под которой стоит понимать ситуацию, когда выборы есть, партии есть, оппозиционные политики сидят в парламенте, а не в тюрьме, границы свободны, печать умеренно свободна, выборы проходят, но только вот результаты выборов мало на что влияют.
Первое "окно возможностей" - это весна 2004 года, когда пройдут президентские выборы, время, когда начинает работать новый президент и вновь избранный парламент - это время максимальной свободы маневра
Егор Гайдар
|
Это такой способ решения проблем нестабильности молодых демократий. Он, к сожалению, имеет одно неприятное свойство - он ведет к укоренению коррупции в политическом процессе. Всегда и неизбежно, а для России это очень опасная угроза.
Би-би-си: Вы говорите о существующих у России "окнах возможностей". Что это за окна?
Е.Г.: Первое "окно возможностей" очевидно - это весна 2004 года, когда пройдут президентские выборы, время, когда начинает работать новый президент и вновь избранный парламент - это время максимальной свободы маневра.
В широком плане я говорю об "окне возможностей", связанном с молодостью российской бюрократии.
У нас демократия молодая, она имеет свои риски - нестабильность, формализация демократических процедур, вырождение в авторитаризм.
Но она имеет и свои возможности - это проведение глубоких преобразований, которые ориентированы на стратегически важные задачи.