Skip to main contentAccess keys helpA-Z index
BBCRUSSIAN.COM
БИ-БИ-СИ НА ДРУГИХ ЯЗЫКАХ
Украинский
Азербайджанский
Узбекский
Киргизский
Остальные
Обновлено: четверг, 21 апреля 2005 г., 09:38 GMT 13:38 MCK
Вторая мировая: Гейнц Гудериан
Артем Кречетников
Би-би-си, Москва

Гейнц Гудериан (фото из  Imperial War Museum)
"Танковый бог" вермахта и символ блицкрига родился 17 июня 1888 года в Кульме (ныне польский Хелмно).

В год начала Первой мировой войны Гудериан окончил военную академию. Войну провел на штабных должностях, затем служил в рейхсвере, с 1922 - в автомобильных войсках. Вся его последующая карьера была неразрывно связана с броней и моторами.

Уже в 1920-х годах Гудериан заявил о себе как теоретик. Наряду с де Голлем и Фуллером он считается родоначальником идеи использования крупных танковых соединений как главной ударной силы, решающей исход войны.

В 1937 году опубликовал классические работы "Внимание - танки!" и "Бронетанковые войска и их взаимодействие с другими родами войск". В рукописи книги "Внимание - танки!" Гудериан на основании тщательного анализа оценил количество бронированных машин, которыми уже тогда располагал Советский Союз, в 17 тысяч. По настоянию начальника Генштаба Людвига Бека и военной цензуры при издании цифру пришлось срезать до 10 тысяч, но и ее сочли невероятной.

Осенью 1941 года во время встречи с Гудерианом у Гитлера вырвалось: "Если бы я знал, что у русских действительно имеется такое количество танков, которое приводилось в вашей книге, я бы, пожалуй, не начинал эту войну".

В 1935 году фюрер отверг условия Версальского мира и объявил о создании массовой армии - вермахта. Гудериан был назначен командиром танковой дивизии. Затем командовал танковыми корпусами во время аншлюса Австрии, в Польше и Франции, везде успешно осуществляя тактику блицкрига. За французскую кампанию получил звание оберст-генерала, соответствовавшее советскому генералу армии.

О существовании плана "Барбаросса" Гудериан узнал в конце декабря 1940 года и, по его словам, "не поверил собственным глазам", однако принялся ревностно воплощать в жизнь замысел Гитлера. Накануне войны он был назначен командующим 2-й танковой группой в составе группы армий "Центр" (с октября 1941 года - 2-й танковой армией).

В ночь 22 июня 1941 года Гудериан поехал на свой наблюдательный пункт в 15 километрах южнее Бреста, поднялся на наблюдательную вышку и 3.15 утра приказал начать артиллерийскую подготовку. Залпы орудий Гудериана стали первыми выстрелами Великой Отечественной войны.

В 6 часов 50 минут генерал вслед за своими войсками переправился через Буг. Уже 27 июня его части подошли к Минску.

Все лето и осень 1941 года танки Гудериана были на острие немецкого наступления, порой отрываясь на десятки километров от основных сил и тыловых баз. Его имя, до войны известное в СССР лишь военным специалистам, стало звучать для советских людей зловеще.

В первые дни войны Гудериан отказался доводить до подчиненных приказы Гитлера "Об особой подсудности в районе "Барбаросса" и "О комиссарах", освобождавшие германских военнослужащих от соблюдения юридических норм по отношению к жителям оккупированных территорий и санкционировавшие расстрелы военнопленных. Впоследствии он утверждал, что в его войсках эти приказы не применялись.

В послевоенных воспоминаниях Гудериан деликатно назовет Холокост и зверства над гражданским населением "махинациями, которые проводились по линии партийной и административной без участия военных". До генералов, писал он, "доходили лишь слухи о различных злоупотреблениях".

В сентябре 1941 года в районе Пирятин-Лохвицы (Полтавская область) танковые группы Гудериана и Клейста замкнули кольцо вокруг киевской группировки Красной Армии. Киевский котел стал крупнейшим в истории войн. В плен попали около 600 тысяч солдат и офицеров. Командующий Юго-Западным фронтом генерал армии Михаил Кирпонос покончил с собой, чтобы не попасть в плен (по другой версии, был застрелен сопровождавшим его особистом).

Впоследствии Гудериан считал решение Гитлера приостановить наступление на Москву ради захвата Киева роковой ошибкой и чуть ли не главной причиной проигранной войны. Большинство историков, однако, полагают, что в той ситуации оба варианта не сулили вермахту ничего хорошего: продолжив безостановочное движение к Москве, он рисковал попасть под фланговый удар с юга. К тому же и падение Москвы не значило бы автоматически поражения СССР.

В октябре-ноябре 1941 года танки Гудериана продвинулись к советской столице ближе других немецких соединений. Красная Армия и вермахт в тот период напоминали двух измотанных тяжелейшей схваткой боксеров, вцепившихся друг в друга, чтобы не упасть.

Оборона Москвы висела на волоске, но и мемуары Гудериана буквально пестрят примерами крайнего истощения сил, отсутствия резервов, нехватки техники, горючего, зимнего обмундирования и всего на свете.

Командовать парадом на Красной площади и получить фельдмаршальский жезл Гудериану не довелось. Вместо этого он вынужден был лететь в "Волчье логово", чтобы доказать фюреру необходимость отхода с занятых позиций.

Гитлер принял Гудериана 20 декабря. Тяжелый разговор продолжался пять часов. Гудериан пытался тронуть фюрера рассказами об огромных потерях и замерзающих в русских снегах солдатах, но понимания не встретил.

Через шесть дней Гудериан был отстранен от командования и отправлен в резерв. Фактически его сделали ответственным на провал зимнего наступления.

Впоследствии он вернется на службу и даже продвинется по карьерной лестнице, но его счастливая звезда уже закатилась.

После поражения под Сталинградом Гитлер назначил Гудериана генерал-инспектором танковых сил, а после июльского покушения - начальником Генштаба. На этом посту он пробыл до марта 1945-го, уступив его в последние недели войны бывшему военному атташе в Москве генералу Кребсу.

В отличие от военачальников, попытавшихся уничтожить Гитлера, чтобы спасти Германию, Гудериан сохранил верность режиму. Вместе с Кейтелем и Рундштедтом он входил в состав "тройки", рассматривавшей дела высших офицеров, заподозренных в причастности к заговору. Их лишали воинских званий и передавали в руки "народного трибунала", что означало неминуемую смерть.

Весной 1945-го Гудериан пытался убеждать Геринга, Гиммлера и Риббентропа в необходимости капитуляции на Западе. Заговорить на эту тему с фюрером он не решился.

Гудериан был взят в плен американцами, но вскоре освобожден. Выступал свидетелем на Нюрнбергском процессе. Написал после войны подробные воспоминания, в которых возлагал ответственность за поражение на невежество и упрямство Гитлера и интриги Кейтеля, мешавшего ему общаться с фюрером наедине и внушать тому правильные мысли.

Умер Гудериан 15 мая 1954 года в Швангау, Бавария. До конца жизни он не чувствовал за собой никакой вины, не скрывал враждебного отношения к бывшим противникам и выступал за восстановление старых границ и военной мощи Германии.


Специальная подборка материалов по теме



РАЗМЫШЛЕНИЯ

УРОКИ ИСТОРИИ

ЛИЧНОСТИ ВОЙНЫ
 

КАК ЭТО БЫЛО

ФОТОГАЛЕРЕЯ

ВАШЕ МНЕНИЕ



 

Русская служба Би-би-си – Информационные услуги